Ответы
Ответ дал:
4
С серого неба сыпались крупные капли дождя. Они со звоном разбивались о камень мостовой, собирались в лужи и стекали в канализацию. Вместе с ними стекала грязь и кровь.
На сыром камне дороги лежал мальчик. Худой и нестриженый, вместо одежды - драные тряпки, едва закрывающие грязное тело. Чумазое лицо разбито в кровь, на острых ребрах проступают синяки. Дождь смывает кровь с лица ребенка, алыми разводами расплывающуюся в лужах.
Тут сквозь шелест дождя пробивается другой звук. Топот босых ног. Детских ног. К мальчику подбегает еще один, постарше, но такой же худой и заросший.
- Фартл, держись, сейчас... - шепчет он, поднимая избитого товарища на руки и быстро шагая к их "дому".
Фартл в ответ тихо стонет и шипит от боли в ребрах. Потом стискивает зубы и замолкает, расфокусированным взглядом скользя по унылой улице.
И вот подросток со своей ношей останавливается перед заброшенным домом с заколоченными окнами и дверями. Но для них, детей улиц, всегда найдется лазейка. Мальчики быстро просачиваются под покосившееся крыльцо, чтобы оказаться в подвале, где их уже поджидали другие беспризорники.
К Фартлу подбегает невысокий подросток с короткими пепельными волосами и подхватывает под руку, тащит наверх, в жилые помещения. На ходу обращается к тому, кто принес раненого:
- Рейн, давай наверх, поможешь мне. - голос тонкий, как у девочки. Впрочем, так и есть, Талия - единственная девочка в этой компании.
Потом был привычный и болезненный процесс обработки и перевязки ран и синяков Фартла, скудный ужин из крыс, пойманных в канализации, ребята, отвечающие за ночную охоту, ушли, а остальные устроились спать.
Фартл лежал на жестких досках нар и вспоминал обычный день, ничем не отличающийся от череды предыдущих.
Утром он отправился с другими на охоту за крысами, но поймал только одну, к счастью, большую. Потом они с Иргисом пошли на рынок, где смогли срезать пару кошелей. Там же, он попытался стянуть кусок мяса с прилавка, но чуть не лишился руки, а потом пришлось убегать от разъяренного хозяина тесака.
Еще несколько часов поболтавшись по трущобам, он наткнулся на двух пьяниц, избивающих малолетнего попрошайку. Закон улицы говорит: "Выживает сильнейший. Каждый сам за себя". Фартлу бы пройти мимо, но почти задушенное чувство справедливости победило.
Он бросил камнем в одного из мужчин и крикнул какое-то оскорбление. Избиваемый мальчик смог убежать, а вот сам он нет. Разозленные алкаши отыгрались на нем, избив ногами и разбив лицо в кровь. Опять заигрался в героя, дурак...
Они - дети улиц, никому не нужные и не интересные. Как крысы, на которых они охотятся, но так же на них похожи. Не жить, а выживать - их удел. Беспризорники свободны, но именно они знают, какова свобода этого мира, когда он, не приняв тебя, отталкивает и втаптывает в грязь.
Дети улиц, этим сказано все.
На сыром камне дороги лежал мальчик. Худой и нестриженый, вместо одежды - драные тряпки, едва закрывающие грязное тело. Чумазое лицо разбито в кровь, на острых ребрах проступают синяки. Дождь смывает кровь с лица ребенка, алыми разводами расплывающуюся в лужах.
Тут сквозь шелест дождя пробивается другой звук. Топот босых ног. Детских ног. К мальчику подбегает еще один, постарше, но такой же худой и заросший.
- Фартл, держись, сейчас... - шепчет он, поднимая избитого товарища на руки и быстро шагая к их "дому".
Фартл в ответ тихо стонет и шипит от боли в ребрах. Потом стискивает зубы и замолкает, расфокусированным взглядом скользя по унылой улице.
И вот подросток со своей ношей останавливается перед заброшенным домом с заколоченными окнами и дверями. Но для них, детей улиц, всегда найдется лазейка. Мальчики быстро просачиваются под покосившееся крыльцо, чтобы оказаться в подвале, где их уже поджидали другие беспризорники.
К Фартлу подбегает невысокий подросток с короткими пепельными волосами и подхватывает под руку, тащит наверх, в жилые помещения. На ходу обращается к тому, кто принес раненого:
- Рейн, давай наверх, поможешь мне. - голос тонкий, как у девочки. Впрочем, так и есть, Талия - единственная девочка в этой компании.
Потом был привычный и болезненный процесс обработки и перевязки ран и синяков Фартла, скудный ужин из крыс, пойманных в канализации, ребята, отвечающие за ночную охоту, ушли, а остальные устроились спать.
Фартл лежал на жестких досках нар и вспоминал обычный день, ничем не отличающийся от череды предыдущих.
Утром он отправился с другими на охоту за крысами, но поймал только одну, к счастью, большую. Потом они с Иргисом пошли на рынок, где смогли срезать пару кошелей. Там же, он попытался стянуть кусок мяса с прилавка, но чуть не лишился руки, а потом пришлось убегать от разъяренного хозяина тесака.
Еще несколько часов поболтавшись по трущобам, он наткнулся на двух пьяниц, избивающих малолетнего попрошайку. Закон улицы говорит: "Выживает сильнейший. Каждый сам за себя". Фартлу бы пройти мимо, но почти задушенное чувство справедливости победило.
Он бросил камнем в одного из мужчин и крикнул какое-то оскорбление. Избиваемый мальчик смог убежать, а вот сам он нет. Разозленные алкаши отыгрались на нем, избив ногами и разбив лицо в кровь. Опять заигрался в героя, дурак...
Они - дети улиц, никому не нужные и не интересные. Как крысы, на которых они охотятся, но так же на них похожи. Не жить, а выживать - их удел. Беспризорники свободны, но именно они знают, какова свобода этого мира, когда он, не приняв тебя, отталкивает и втаптывает в грязь.
Дети улиц, этим сказано все.
Вас заинтересует
5 месяцев назад
1 год назад
1 год назад
2 года назад
7 лет назад