Ответы
Александр Пушкин как личную трагедию воспринял события 1825 года, когда после неудавшегося восстания десятки декабристов были сосланы на каторгу в Сибирь. Среди них оказалось много друзей поэта, которые состояли в тайных обществах, однако не желали посвящать Пушкина в свои планы. Объяснялось это просто: будущий классик русской литературы постоянно конфликтовал с властями и к 1925 году успел дважды побывать в ссылке. Но это не умерило его пыла, и Пушкин непременно бы стал участником восстания, если бы заранее знал о том, что оно произойдет.
Однако судьба распорядилась иначе, и во время декабрьских событий 1825 года поэт находился в Михайловском, где фактически пребывал под домашним арестом. Впоследствии поэт будет вспоминать об этом с сожалением, отмечая, что в душе он поддерживает начинания своих товарищей. Подтверждением этому является стихотворение «Во глубине сибирских руд…», написанное по случаю годовщины восстания декабристов. При жизни поэта оно так и не было опубликовано, однако Пушкину удалось переправить его друзьям в Сибирь и даже получить стихотворный ответ от Одоевского.
Поэт сильно рисковал, когда уговаривал супругу Муравьева доставить это произведение декабристам. Но он понимал, что его друзья, обесчещенные и униженные, сейчас как никогда нуждаются в моральной поддержке. Именно поэтому Пушкин все же отважился не только написать это стихотворение, но и переправить его товарищам. Обращаясь к ним, поэт подчеркивает: «Не пропадет ваш скорбный труд и дум высокое стремленье». Этой фразой автор предсказывает, что идеи декабристов в будущем все же воплотятся в жизнь, и Россия избавится от монархии.
Пытаясь утешить своих друзей, многим из которых уже не суждено будет вернуться из Сибири, Пушкин обещает: «Любовь и дружество до вас дойдут сквозь мрачные затворы». Автор убежден, что о подвиге декабристов люди будут помнить и спустя столетия. В то же время поэт выражает надежду, что судьба окажется к героям более благосклонной, чем царское правительство. «Оковы тяжкие падут, темницы рухнут – и свобода вас примет радостно у входа», — отмечает Пушкин. Однако этому предсказанию так и не суждено было сбыться, так как спустя четверть века амнистию получили лишь немногие декабристы, которые смогли дожить до этого момента и вернулись домой глубокими стариками, беспомощными, одинокими, лишенными всех титулов и никому не нужными.