Предания как историческии жанр русского народа прозы. 'О Пугачеву", О покорении Сибири Ермаком".
Ответы
Предание «О покорении Сибири Ермаком» повествует о далеких событиях 16 века. Начало предания почти сказочное: «Услыхал царь Иван, что за Уралом лежит земля богаче той, которая ему подвластна». И с тех пор не стало покоя Ивану Грозному, захотел он Сибирь присоединить к своим землям, но как — не знал. Мучился этим вопросом царь так, что занемог и «слег в постель». Бояре не могли помочь государю. По плечу решить такой вопрос оказалось простому слуге. Он подсказал царю имя человека, который будет «храбрый да удалый, кто смерти не боится, кого молния не ударит и гром не оглушит». Именно этот слуга смог найти казака Ермака Тимофеевича на бескрайних российских просторах. Прибыл Ермак к Ивану-царю, согласился пойти в Сибирскую землю и отвоевать ее для своего государства у хана КучУма. С тех пор вошла Сибирь в Московское государство.
Совсем иное по форме предание «О Пугачеве». В нем нет сказочности, скорее, это бытовая зарисовка, где отразились мечты народа о «своем» правителе — государе из простого люда. По этой причине в предании Пугачев выступает не как самозванец, посягающий на престол, а как настоящий Петр III: «Он только назывался Пугачевым». Но случилось так, что женился он не то на итальянской барышне, не то на княгине «из нашего поселка», которая скинула его с престола, а сама его заняла. Но приехала Екатерина II и все расставила по своим местам: Пугачеву вернула бразды правления, полковнику, что плохо отнесся к потенциальному царю, велела голову отрубить, казака полковником сделала. А свою вероломную жену Пугачев отправил в монастырь.
И в предании «О Пугачеве», как в предании о Ермаке, излагаемые события сильно отличаются от действительно имевших место. Реальный Пугачев был самозванцем, жены у него итальянского происхождения не было. Екатерина II не была его союзницей, и поэтому престол не возвращала.
Многие предания полностью расходятся с исторической действительностью. Но в поэтических образах Ермака Тимофеевича или Емельяна Пугачева читатель видит образ русского народа, его автобиографию. Предания невелики по объему, но в них угадывается многое: и самобытный характер русского народа, и отношение его к царской власти, и народное самосознание единства, и национальная определенность.
Предания пропитаны любовью к родине, повествуют об историческом прошлом. Они имеют воспитательный характер. Главным достоинством преданий является не историческое, а нравственное начало. Благодаря ему народный эпос актуален и ценен и в наши дни.