Ответы
Гендерные различия мужчин и женщин определяются тремя признаками: генетическими, анатомическими и поведенческими. Обычно исследователи посвящают свою карьеру изучению одного из них; каждое отличие — это целый остров в общем океане исследований. Мы рассмотрим все три признака и начнем с объяснения (с точки зрения молекулярной генетики) того, почему Генрих VIII очень виноват перед Анной Болейн
Мужчина как адресант или адресат доминирует количественно: в пословицах и поговорках отражена преимущественно мужская картина мира и мужская власть в нем.
^ Первую дочь по семье бери, вторую — по сестре.
Жена не стекло (можно побить)
Величина мужского пространства-реальности значительно больше женского. Женщина выступает главным образом в качестве объекта.
^ Бог бабу отнимет, так девку даст
Выражается неполная принадлежность женщины к категории “человек” (18 единиц).
Курица не птица, баба не человек
В семи бабах половина козьей души
Можно отметить также предписывающий характер высказываний, обращенный к женщине.
^ Не хлопочи, когда нет ничего в печи
Кроме того, имеет место оппозиция “мужское — женское” с коннотациями “правильное — неправильное” (левое).
Муж пашет, а жена пляшет
Не петь курице петухом, не быть бабе мужиком
В этой связи мужчине приписывается ответственность за поведение женщины в соответствии с моделью: муж совершает поступок n, жена совершает поступок N, где n и N — некоторые отрицательные действия, причем N интенсивнее n:
^ Ты от жены на пядень, а уж она от тебя на сажень
Муж за рюмочку, а жена за стаканчик
Однако названная модель имплицирует и правила поведения для мужчины, так как отрицательные действия жены совершаются под влиянием дурного примера, подаваемого мужем. Декларируется не только право мужа главенствовать, но и его ответственность.
Наиболее четкая нейтрализующая тенденция — это наличие в русской паремиологии явственно различимого “женского голоса” (около 15% нашей выборки), отражающего жизнь и взгляд женщины на мир, условия и возможности ее социализации. В женской картине мира выделяются следующие семантические области (в скобках указано количество единиц):
1. Замужество (91).
2. Родственные отношения (25).
3. Материнство, деторождение и воспитание (31).
4. Любовь и привязанность (35).
5. Типичная деятельность и самоощущение (26).
6. Проявление своей воли (18).
7. Область, названная нами псевдоженским голосом, или имитацией женской речи, которая по сути также отражает андроцентричность языка и стереотипное представление женщины как существа нерационального, нелепого, недальновидного и в общем неполноценного (16 единиц).
^ Продай, муж, лошадь да корову, купи жене обнову.
В чем в церковь хожу, в том и квашню мешу
В группах 1-6 просматриваются соответствия общим представлениям о женской речи: отнесенность к эмоциональной сфере, частое употребление уменьшительных форм. Доминируют фатальность и незащищенность. В количественном отношении подгруппа “Замужество” превосходит все остальные. Примечательно преобладание в синтаксисе входящих в эту подгруппу пословиц придаточных уступительных, выражающих готовность мириться с жизненными неурядицами во имя частичного благополучия:
Хоть бита, да сыта.
Хоть за лысого, да близко.
Высока также частотность противопоставительных союзов, вносящих в пословицу семантику обманутого ожидания.
^ Приданое в сундуке, а урод на руке.
Говорю мужу-ворогу: не бей меня в голову, а он кол да кол.
Общая картина замужества часто окрашена в минорные тона: оно воспринимается как необходимость и приобретение хотя бы минимальной защищенности, отсутствующей у женщин вне брака:
^ Когда овдовеешь, тогда-то и мужа помянешь.
С мужем нужа, без мужа и того хуже, а вдовой да сиротой хоть волком вой.
Доминирует образ несвободы, связанности:
^ Покроют головушку, наложат заботушку.
Невольное замужество не веселье.
Резко разграничены две фазы жизни женщины — девичество и замужество. Замужество воспринимается в большинстве случаев как неизбежная тягость, но и как необходимая метаморфоза:
^ После Покрова не будешь такова
Наличие единиц с семантикой метаморфозы и смерти позволяет говорить об отражении в русской паремиологии архетипа Коры (по Юнгу), согласно которому свадьба для невесты отождествляется со смертью и последующем воскрешением. Безусловно, на возникновение пословиц этой группы оказал влияние и коллективный опыт, согласно которому замужество — это разлука с близкими и тяжелый домашний труд. Положительно коннотированных пословиц значительно меньше. В них подчеркивается существенная для женщин сторона — защищенность:
^ Хоть плох муженек, а завалюсь за него — не боюсь никого!
Побереги Бог мужа вдоль и поперек, а я без него ни за порог.
В этой подгруппе отмечен также ряд пословиц, имеющих интенцию предупреждения или рекомендации:
^ Замуж выходи, в оба гляди.
На красивого смотреть хорошо, а с умным жить легко.
В подгруппе “Любовь, привязанность” констатируется абсолютная необходимость наличия любимого человека (“милого”).
Характерно присутствие в подгруппе, описывающей эмоции, большого количества безличных и неопределенно-личных конструкций — Забудется милый, так вспомнится, — отражающих некоторую самопроизвольность событий в русской ментальности.