Ответы
Ответ дал:
0
Перед главным героем стоит та же проблема, что и перед Тарасом Бульбой - необходимость убить предателя, которым оказался собственный сын.
похоже, эта ситуация в мировой литературе актуальна, хотя к ней приводят самые разные события. Со времён библейского Авраама, который должен был принести в жертву собственного сына Исаака, для христиан была лишь одна ещё бóльшая жертва - распятие Иисуса за грехи людские. Поэтому тяжесть выбора не обсуждается - она ужасна, но у Фортунато Фальконе и гоголевского Андрия есть одно важное отличие - невинными аганцами они не являются, ибо нарушили какие-то важные нормы человеческого общежития.
Андрий перешёл на сторону врага посреди войны - хотя казачье войско не было государственной структурой, вопросы самоидентификации перед запорожскими казаками (так писал это слово Н. В. Гоголь) не стояли, они чётко определяли, где "наши", а где - "чужие".
Ситуация в семье Фальконе намного сложнее. Корсиканцы живут не по законам, а по понятиям. Одно из них требует никогда не выдавать человека властям. Даже если этот человек - преступник. Прежде всего потому, что закон нарушают все, прийти и повязать могут любого:
За десять лет никого не убил - и уже совесть чиста. Но всё равно уверен, что
Это советское высказывание, приписываемое то Вышинскому, то Берии, хорошо отражает дух Фальконе-старшего. Поэтому он не ассоциирует себя со структурами государственной законности несмотря на родство с представителем закона - вольтижером Теодоро Гамбой. Для героя новеллы близок не он, а преступник - Джаннетто Санпьеро, который при случае готов обокрасть его самого:
Рассуждая логично, герой обязан ненавидеть Санпьеро и с радостью помочь Гамбе. Вместо этого он называет своего сына предателем и убивает его, потому что для него понятия важнее писаного закона. Согласно п. нельзя выдавать никого, даже если он тысячу раз заслуживает этого с официальной точки зрения. Фальконе-отец в другой день сам бы придушил вора за украденное имущество, труп схоронил бы в укромном месте - это было бы его личным правосудием и преступлением в глазах писаного закона.
Проблема в том, что герой - не исключение из правил, а их воплощение. Автор даёт нам понять, что любой корсиканец таков, значит, поступить не по правилам общества (с маленькой буквы, но очень конкретного социума в закрытом пространстве, каким является остров). Если бы Маттео не казнил сына, то был бы в глазах остальных островитян таким же предателем, как и гоголевский Андрий, который пошёл против другого замкнутого неофициального социума - Сечи. Твой сын предатель, оставить его в живых - стать предателем самому, - перед этой дилеммой стоит персонаж и решает не становиться изгоем в глазах общества, иначе он поставил бы в опасность всю семью до десятого колена.
Двойная мораль (для формы и та, которой руководствуются на практике), двойная реальность (граждане Франции ведут себя так, словно этой страны и всего остального мира не существует, реальна лишь Корсика и обычаи её жителей) - Фальконе не собирается ломать эту двойственность, его местечковый конформизм и прагматизм оправдывают жестокий поступок, далеко не каждый готов быть единственным революционером во вселенной, состоящей из маленькой деревни на острове посреди моря.
похоже, эта ситуация в мировой литературе актуальна, хотя к ней приводят самые разные события. Со времён библейского Авраама, который должен был принести в жертву собственного сына Исаака, для христиан была лишь одна ещё бóльшая жертва - распятие Иисуса за грехи людские. Поэтому тяжесть выбора не обсуждается - она ужасна, но у Фортунато Фальконе и гоголевского Андрия есть одно важное отличие - невинными аганцами они не являются, ибо нарушили какие-то важные нормы человеческого общежития.
Андрий перешёл на сторону врага посреди войны - хотя казачье войско не было государственной структурой, вопросы самоидентификации перед запорожскими казаками (так писал это слово Н. В. Гоголь) не стояли, они чётко определяли, где "наши", а где - "чужие".
Ситуация в семье Фальконе намного сложнее. Корсиканцы живут не по законам, а по понятиям. Одно из них требует никогда не выдавать человека властям. Даже если этот человек - преступник. Прежде всего потому, что закон нарушают все, прийти и повязать могут любого:
За десять лет никого не убил - и уже совесть чиста. Но всё равно уверен, что
Это советское высказывание, приписываемое то Вышинскому, то Берии, хорошо отражает дух Фальконе-старшего. Поэтому он не ассоциирует себя со структурами государственной законности несмотря на родство с представителем закона - вольтижером Теодоро Гамбой. Для героя новеллы близок не он, а преступник - Джаннетто Санпьеро, который при случае готов обокрасть его самого:
Рассуждая логично, герой обязан ненавидеть Санпьеро и с радостью помочь Гамбе. Вместо этого он называет своего сына предателем и убивает его, потому что для него понятия важнее писаного закона. Согласно п. нельзя выдавать никого, даже если он тысячу раз заслуживает этого с официальной точки зрения. Фальконе-отец в другой день сам бы придушил вора за украденное имущество, труп схоронил бы в укромном месте - это было бы его личным правосудием и преступлением в глазах писаного закона.
Проблема в том, что герой - не исключение из правил, а их воплощение. Автор даёт нам понять, что любой корсиканец таков, значит, поступить не по правилам общества (с маленькой буквы, но очень конкретного социума в закрытом пространстве, каким является остров). Если бы Маттео не казнил сына, то был бы в глазах остальных островитян таким же предателем, как и гоголевский Андрий, который пошёл против другого замкнутого неофициального социума - Сечи. Твой сын предатель, оставить его в живых - стать предателем самому, - перед этой дилеммой стоит персонаж и решает не становиться изгоем в глазах общества, иначе он поставил бы в опасность всю семью до десятого колена.
Двойная мораль (для формы и та, которой руководствуются на практике), двойная реальность (граждане Франции ведут себя так, словно этой страны и всего остального мира не существует, реальна лишь Корсика и обычаи её жителей) - Фальконе не собирается ломать эту двойственность, его местечковый конформизм и прагматизм оправдывают жестокий поступок, далеко не каждый готов быть единственным революционером во вселенной, состоящей из маленькой деревни на острове посреди моря.
Вас заинтересует
1 год назад
1 год назад
5 лет назад
5 лет назад
8 лет назад
8 лет назад
8 лет назад